Реклама:

ЗАКРЫТЬ

Купить карепрост можно во многих онлайн-магазинах, например по ссылке выше.

 

На главную

 

Константин Пчельников. Африканская азбука

 

Африканская азбука

Константин Пчельников , "Завтра", N21(338), 24 мая 2000

 

Кровавые события в Африке выходят на первое место в ряду информационных сообщений мировых агентств. И создается впечатление, что Запад не имеет определенной стратегии в отношении "африканского анклава", не знает, что, собственно, делать с этим "проблемным" континентом. Яркое тому подтверждение — недавняя встреча в Каире, где "евросоюзники" заявили было о своих планах перевести отношения с африканскими странами в разряд приоритетных, но тут же отказались нести ответственность за события в Сьерра-Леоне. Как в этих условиях расценивать решение об отправке туда российских военнослужащих (110 человек и 5 вертолетов), принятое по просьбе генсека ООН Кофи Аннана? Как очередную уступку "мировому правительству", которое стремится загребать жар чужими руками? Или за этим шагом стоит попытка России вернуть себе статус великой державы?
Нынешние глобальные изменения структуры мира можно сопоставить разве что с эпохой Великих Географических открытий и колониальной экспансии Европы, в результате которой небольшая по территории и населению область планеты надолго стала центром Истории. Этот "европоцентризм" только к середине ХХ века сменился "неустойчивым атлантизмом", который стал переходной фазой — но вовсе не к "американоцентризму" или либеральному "концу истории". Центр явно дрейфует дальше, в Азиатско-Тихоокеанский регион — и этот процесс неминуемо будет сопровождаться гигантскими политическими, экономическими, идейными сдвигами.
Предлагаемая читателю работа не связана с текущей политической конъюнктурой и демонстрирует абсолютно свежий, далекий от привычного европоцентризма, взгляд на проблемы Черного континента.

Последние геологические исследования показали, что под Африкой находится тысячекилометровый мощный столб расплавлен-ного вещества — от ядра Земли до коры — один из трех восходящих потоков планеты. В рамках плитотектонической теории Африка — единственный из континентов, оставшийся на своем месте со времен Пангеи (200 миллионов лет назад).

Континент непохожих друг на друга природно-климатических поясов, а именно:
1) североафриканский пояс, средиземноморское побережье с закраинами песков Сахары — пространство бесконечных этнических "сквозняков", евразийских широтных кочевий, следовавших одно за другим через афро-азиатский перешеек (он же — цивилизационный шарнир, элементы которого суть: Египет, Аравия и все то, что мы привыкли называть Ближним Востоком, включающим в себя и Турцию) — это азиатская Африка;
2) южно-африканский пояс (все, что южнее Сахары) — влажные экваториальные леса, от которых на север и юг лежат разреженные тропические леса, переходящие в саванны, а затем и в опустыненные саванны — обширная зона множества разнообразных пространств, благоприятных для беззаботного проживания на их территориях Хомо сапиенс и заселенных негроидным этно-материалом — это собственно Африка в ее классическом, академическом понимании.

Демонстрирует исключительное разнообразие этносов, до сего времени сохраняющих разительные и даже контрастные физиологические особенности, что свидетельствует о длительном времени их пребывания в жесткой ландшафтной обособленности, позволившей этим этносам накопить устойчивый генофонд. В рамках одной расы здесь бытуют, например, высокорослые сенегальцы и сомалийцы — с низкорослыми готтентотами, бушменами и почти карликовыми пигмеями.

Следовательно, собственно Африке чужды процессы этносмешения, хотя бы в пассивной форме, как следствие миграционных подвижек ее человеческого материала. Эти движения совершались, видимо, в меридианном, а не широтном направлении, не были "уложены" в русло какого-либо однотипного природно-климатического пояса большой протяженности, где только и возможны масштабные этнопроцессы. Африка представляет собой всего лишь тупиковую МИГРАЦИОННУЮ ЛОВУШКУ.

Континент, на котором состоялась одна из ранних попыток Природы очеловечить планету Земля, второй по величине, после Евразии, материк (29,2 млн. кв. км). В рельефе преобладают высокие ступенчатые равнины, плато и плоскогорья; во внутренних районах — обширные тектонические впадины. Складчатые горы располагаются лишь на северо-западе и на юге. Полезные ископаемые мирового значения: алмазы, золото, уран, руды железа, алюминия, меди и кобальта, фосфориты, нефть — расположены на юге и атлантическом побережье Африки.

Эта континентальная платформа является планетарной областью концентрации и консервации этноматериала, пригодного для повышения физиологического потенциала этносов иных областей человеческого расселения. Эта, во многом гипотетическая, посылка основывается на исследованиях и выводах психолога Сикорского, согласно которым некоторые этнотипы способны изменять свой физиологический потенциал в сторону его энергетического увеличения при перемещении их в иные места обитания, в иные географические координаты земного пространства. Такое свойство человеческих особей и целых популяций есть не что иное, как ЭТНОСПИН, по аналогии со спином физических частиц, обладающих собственным моментом количества движения, которое консервируется (нейтрализуется) или усиливается (раскрывается) этноспином вмещающего ландшафта. Американские негры достаточно убедительно демонстрируют такого рода свойства, энергично осваивая поначалу чуждый им континент. Так, 1 миллион завезенных в США рабов-негров сегодня вырос до популяции численностью более 40 миллионов человек. Не менее примечателен феномен потомков ирландцев, составляющих сегодня этнический "хребет" США (более 30 млн. из неполного миллиона первоначальных поселенцев — при том, что в самой Ирландии сегодня их не более 4 млн.). Результат в обоих случаях — 40-кратный рост за, по сути, 200-летний период освоения теми и другими Америки.

Исторически формировалась как этническое множество, каждый элемент которого был сосредоточен на самом себе, — продукт происходивших на пространствах Афроевразии от Татарского пролива до Пиренейского полуострова миграционных процессов древности, которые протуберанцами сбрасывали к экватору и южнее первичную этномассу. С течением времени здесь оформилось этническое поле негроидного суперэтноса, средоточие "девственных" человеческих ресурсов — "черный ящик", ждущий своей расшифровки на предмет определения его цивилизационной ниши.

Центростремительная конструкция, статичная в пределах берегов Индийского и Атлантического океанов — водных пространств, никогда не используемых африканскими этносами в качестве объекта собственных интересов: настолько, что остров Мадагаскар, расположенный буквально "под боком" африканского материка, заселен был не негроидами, а представителями другой расы — малайской, прибывшими сюда с противоположной стороны Индийского океана (вероятно, из Суматры) в первые века новой эры.

Африканцы-негроиды никогда из Африки сами не исходили. Заселенный ими экваториально-тропический пояс, в силу своей природной самодостаточности, подчинен едва ли не растительным циклам. Естественные этноритмы в пределах собственно континентальной Африки заключены всего лишь в "двух прихлопах — трех притопах": ...та—та, та—та—та... та—та, та—та—та...

Природная среда, где человек полностью адаптировался к ней, став частью природных экосистем. Что же касается адаптации к механизму функционирования мировых систем межчеловеческих отношений, то на это необходимо время, которое может быть достаточно длительным.

Континент мировосприятия, в котором каждый человек суть не личность, не индивид, а всего лишь структурная частица макромира, реализуемая на уровне биологических экосистем, в которых растительный и животный мир единосвязаны и взаимообусловлены с человеком на уровне всеобщего дефицита способностей к иному, чем биологическое, воспроизводству. Любой европеец искренне поражен тем, что в катастрофически бедствующей Африке резко подскочила рождаемость. Ему трудно понять проявления адекватной биореакции, направленной на выживание и сохранение биологического вида, коим и является негроидное население континента.

И, напротив, резкий рост рождаемости африканского населения свидетельствует прежде всего о тотальном ухудшении ситуации выживания, т.е. о недостатке, а то и полном отсутствии даже элементарных жизненных ресурсов — продуктов питания. Именно природный инстинкт диктует этносам необходимость ПЕРЕКРЫТЬ свои людские потери от унаследованных и привнесенных невзгод резким приростом рождаемости.

 

Популярное сознание африканца реализуется в параметрах "сегодня". Ему чужды и далеки не имеющие осязаемой реальности "вчера" и "завтра". Окружающий мир для африканца — объект сиюминутный, вне рамок какой бы то ни было истории в ее европейском понимании, даже без контуров истории в ее понятной нам устной традиции эпоса. Эквивалент истории у африканца — МИФ, т.е. то, что вне времени—дат—календаря.

Континент без письменности, излишней для мифологизированного сознания африканцев; континент, который самой судьбой освобожден от необходимости своими стопами пройти эпоху наработки коммуникационных навыков, эпоху естественнонаучных открытий, промышленную и научно-техническую революции, — все пути цивилизации, направленные на очеловечение планетарного пространства. Сегодня Африка так же освобождена от необходимости шагать нога в ногу с мировым коммуникационным кольцом века глобальной информатики, формирующей вселенское гипер-пространство.

Зато она, Африка, получила от Природы тропические "сады Эдема" — впрочем, на время, пока падкая до всего чужого "цивилизованная" Европа не растащила ее черных человеков вместе с древесиной тропических лесов и россыпями алмазов по своим евро-американским логовам. Рано или поздно Африка должна была стать объектом интересов, прежде всего интересов экономических, чуждого для нее послеантичного мира, чтобы оказаться в конце концов заложницей обстоятельств и трудностей "вписывания" в систему этого чуждого мира, да еще с ношей собственного бескалендарного, внеисторического прошлого.

Впервые стала постоянным объектом работорговли "на внешний рынок" с приходом на север африканского континента арабов, что случилось в конце первого тысячелетия христианской эры. Увод людей в рабство был не чужд и туземной Африке до прихода арабов, более того, он был нормой для первобытнообщинного строя, но тогда в основном уводили женщин и детей как материал для развития своего рода-племени. Брали рабов и египтяне — в результате своих редких военных походов на юг. Но только арабы и — позже — европейцы сделали увод людей в рабство делом товарным, а людей — товаром. Арабская цивилизация с распространением ислама "привила вкус" этносам из орбиты своего влияния уводить людей сопредельных народов на свою потребу, что бытует и по сей день у некоторых кавказских этносов, где в свое время привился ислам. Потери Черной Африки от работорговли оцениваются в 450 миллионов человек — едва ли не все нынешнее население континента.

Становится объектом собственно европейских интересов в начале XV века, когда португальские мореплаватели направили свои каравеллы вдоль западных берегов африканского континента на юг, в обход мусульманского пояса, захватившего все узловые перекрестки на путях внутриевразийской коммуникации, в том числе и прежде всего — торговой. Затем и вследствие успехов этого продвижения наступили времена Великих Географических открытий и европейской колонизации мира, в итоге которой к концу века XIX африканский континент в основном был нарезан на доли, точно соответствовавшие числу погонных миль побережья, "оброненосенных" и "объякоренных" тем или иным субъектом негласного европейского синдиката.

Так, например, Энциклопедический Словарь Брокгауза и Ефрона (т.4) сообщает: "...немецкая эскадра, появившаяся перед Занзибаром, принудила 13 августа 1885 г. занзибарского султана признать протекторат над всеми землями, занятыми немцами в Восточной Африке. 1 ноября 1886 г. состоялось соглашение между Германской империей и Великобританией по вопросу о пределах Занзибарского султанатства и о других землях в Восточной Африке. Вся область, на которую простирается это соглашение, ограничивается на Юге рекой Ровума, на Севере — линией, которая, начинаясь от устья р.Тана, следует течению этой последней или ее притоков до пересечения экватора под 38° восточной долготы (от Гринвича) и затем продолжается по прямому направлению до точки пересечения 1° северной широты с 37° восточной долготы, где эта линия и кончается". Европейская скрупулезность, конечно, распространялась и на подсчет территории-населения: "...Английские владения в Африке занимают в настоящее время пространство в 1219417 кв. км с населением в 3027924 жителей. В сев.-зап. Африке — колония Сиерра-Леоне, которая благодаря занятию в августе 1883 года широкой прибрежной полосы между Сенегамбией на С. и Либерией на Ю. получила значительное приращение и занимает теперь пространство в 2600 кв. км, с 60546 жителями". А вот как описываются принципы раздела: "...Приобретая столь значительные пространства на Востоке Африки, Германия в то же время должна была отказаться от своих притязаний на земли Коба и Кабитаи, находящиеся в Сенегамбии между устьями рек Конго и Дубрека, так как законность занятия их оспаривала Франция на том основании, что эти земли, как подчиненные земле Брамайе, составляют французскую территорию. Затем были уступлены Великобритании область Магин к Востоку от Лагос, между 4°32' и 5°2' восточной долготы (от Гринвича) и 5°46' и 6°20' северной широты..."

"...на рубеже XIX-XX веков представляла собой континент с весьма незначительным числом туземных государств... нет ни одного, которого пространство превышало бы 850 тыс. кв. км; средняя величина их колеблется между 200 и 400 тыс. кв.км. Причиною тому служит: 1) стремление туземцев, как и вообще народов, стоящих на низкой ступени культуры, жить обособленными племенными группами, управляемыми главами племен... и во 2) то обстоятельство, что все почти лучшие береговые полосы Африки заняты европейцами, а значительная часть внутренней Африки — пустынями" (Брокгауз и Ефрон, т.4).

Лишь европейские колониальные интересы сделали африканское побережье с его океаническими акваториями на какое-то время частью мировой геополитической коммуникационной конструкции, необходимость которой, однако, в современном миро-устройстве отпала. Так называемый колониальный консорциум открыл и сворачивает эти коммуникации, когда считает это нужным для себя, отнюдь не считаясь с интересами населения африканского континента.

Полтора века тому назад шотландец Т.-Г.Бокль сформулировал аксиому, смысл которой заключается в том, что миро-спокойствию между людьми способствуют: расширение торговли, развитие коммуникаций и совершенствование вооружения. И действительно: а) неудержимо расширяется мировая торговля с ломкой таможенных преград; б) идет прорастание мироустройства структурами глобальных коммуникаций; в) если развернуть на временной шкале хронологию человеческих войн, то, к примеру, в новой истории мы обнаружим не только исчезновение войн столетних, но и убывание числа войн регионально-локальных. С этих позиций собственно Африка демонстрирует зачаточные формы внутриконтинентальных транспортно-комму-никационных структур, гнездящихся, к тому же, в прибрежных зонах континента как слабые пуповины монстра мировой торговли, а потому и африканская торговля "процветает" в базарно-рынковой форме; вооружение — не производится (разве что в ЮАР — государстве, которое по сути своей выпадает из чисто африканского контекста), но охотно покупается, да и то — самых примитивных образцов. В результате на африканском постколониальном пространстве — ни мира, ни войны... Как быть? В этом должны разобраться сами они, африканцы.

Искони полиэтническое пространство языческих культов. И вот сюда вначале наваливается с севера пресс строго монотеистического ислама. А затем в середине XIX века практически неграмотные белые поселенцы, с Библией в одной руке и винчестером в другой, разом навалились на прибрежные рубежи континента (подстать сегодняшним талибам в Афганистане, гарцующим на пыльной бронетехнике с "калашами" на шее и Кораном — который они тоже вряд ли сумеют прочитать — в вытянутой вперед руке). Где-то посредине, у экватора, два эти потока сошлись, христианство с хрустом наложилось на ислам, и они начали прорастать друг в друга. К настоящему времени биполярный религиозный пресс, вместе с произвольным территориальным делением континента колониальными державами Европы, проделанным тогдашними монархами и премьерами едва ли не по линейке, — раздробили исторически сложившуюся языческую полиэтническую структуру на множество часто несовместимых по своему этносоставу разновеликих государств со статусом "членов ООН". Ныне сложились все предпосылки для силового передела руками самих африканцев чуждой им постколониальной структуры пространства. Трудно надеяться, что этот процесс примет хоть сколько-нибудь "цивилизованные" формы.

Многие тысячелетия находилась в своем "миграционном мешке", словно бы ожидая прихода того "принца", который "выведет ее в люди". Явились европейцы, и своей беззастенчивой работорговлей "породнили" Африку с Америкой, обрекая последнюю, особенно в лице США, на то, чтобы в обозримой перспективе быть заложницей неопределенных демографических и расовых коллизий (от Мартина Лютера Кинга до Луиса Фаррахана и далее). В противовес этому США, чтобы уйти от негритянской проблематики, которая стала для них синонимом многочисленных повседневных забот, отчаянно и настырно пытаются спровоцировать европейцев на проведение самостоятельных гуманитарно-вооруженных, так называемых "миротворческих" акций,— т.е. вернуть "старушке Европе" роль африканской наседки, которая по собственной инициативе высидела весь африканский вопрос.

По своему политическому устройству еще долгое время будет восходить к мифологизированному образу вождя как родоплеменного начала. При этом идеологической доминантой является сила, оформленная режимами авторитарного, тоталитарного или патримониально-клиентского бюрократического толка.

На сегодняшний день подавляющее большинство африканских "государств" как раз и являются такими патримониально-клиентскими, бюрократическими и коррумпированными структурами, естественным образом восходящими к мифологизированному образу родо-племенного вождя. Этот образ и по сей день не изжит в сознании африканского населения, включенного в биоритмы природных экосистем, где части целого жестко, "муравейно" дифференцированы и специализированы по функциям, включая самого вождя. Но такое положение вещей радикально изменяется при перемещении в иную природно-климатическую среду. В этом смысле показательна более гармоничная и благоприятная для человека, по сравнению с тропиками, южная оконечность Африки — ЮАР, где африканское сообщество также демонстрирует активную причастность к созидательно- преобразовательским процессам. Таким образом, стремление определенной части африканского населения тропиков переместиться в климатически умеренные евразийские пространства следует считать естественным побуждением к включению в эти глобальные процессы, — побуждением, которое является органичным для большинства населения земного шара.

Объект "миротворческой" деятельности Запада, подстрочный смысл которой — заморозить процессы самопереустройства африканского континента во всех его политико-экономических и геополитических ракурсах, изолировать негроидный суперэтнос в рамках и контексте собственно африканских понятий.

Как источник "нашествия" на Европу значительно уступает своей северной, центробежной, афро-евроазиатской части (страны Магриба с ближневосточным перешейком-аппендиксом), откуда в основном и следует ждать перелива ее смуглого "арабского" этноматериала, чьи боевые порядки уже давно развернуты в направлении стран европейского юга (Испания, Италия, особенно Франция). Но и активное негроидное меньшинство, которое сотрудничало с колониальными администрациями, а также те континентальные африканцы, которые приобрели за последние десятилетия какое-либо специальное образование на Западе, также внесут весомый вклад в этническое давление на Европу.

Возродилась бы, как птица Феникс из пепла, будь учреждены векселя за ущерб от охот, которые были учинены белыми людьми в африканских джунглях и на просторах саванны за черными человеками, а также за пернатым и копытным миром.

Нынешняя карта африканских государств, возникшая в результате послевоенного краха мировых колониальных империй, — источник межэтнических противостояний, ибо эти псевдогосударственные деления разрушили традиционный, хотя и "скрипучий", механизм взаимоуравновешенных межэтнических сопряжений (пример — события в Руанде). Для достижения порядка на континенте африканцы должны определиться в своих естественных территориально-этнических параметрах, иначе устойчивого межплеменного согласия ожидать не приходится. В будущем на территории Африки, очевидно, должны возникнуть устойчивые государственно оформленные этноконструкции.

Как образ — двуликий Янус, своего рода этногеографический Тянитолкай, биполярная этноэнергетическая система с центростреми-тельным "статором" континентально-тропической Африки и центробежным "ротором" африканского Севера.

При включении механизма демократизации евроамериканского толка естественным образом оказывается в открытых дверях обвальной суверенизации этнически бесконечно пестрого пространства, — дверях, за которыми "черная дыра" африканского природного менталитета.

Что касается умозаключений разного рода экспертов и политологов относительно судеб африканского континента, то они, эти умозаключения, как ТАМ — на Западе, так и ЗДЕСЬ — в России, обнаруживают удивительное сходство с умозрительным диагнозом знахарки-жабы из повести А.Н.Толстого "Приключения Буратино", которая над вытащенным из пруда и не подающим признаков жизни главным героем (с зажмуренными глазами и зажатыми во рту двумя золотыми луидорами) проговорила: "Он или полужив, или полумертв; если он полужив — то будет жить, а если он полумертв — то жить не будет... ква-ква...",— с тем и ускакала.

винты самолета гудят
и как на табло электронном
мелькают цепочки
символов маршрутных
париж, бордо, марсель
гладь водная средиземноморская,
бескрайние пески сахары

и с юга подпирающие их
бомако и дакар
а вот и конакри
гвинейская столица
на побережье
одноименного залива
атлантика
и лишь двенадцать градусов
широтных
до глобусной черты экватора

рябь океана в бликах
зенита солнечного
сниженье резкое
машины винтокрылой
и разворот крутой
на твердь материковую
крыла самолета навал
на мангровых лесов щетину

качение колес
по полосе посадочной шершавой
и тряска дробная
салонных кресел
овал дверной приоткрываясь
зевнул лениво
томлением тропическим
усилием грудным вдыхается
густой от влаги
и тепла чужой мне воздух
в волненьи замирает сердце
едва коснувшись дали дальней

конакри
французская имперская затея
на плоском островке
океаническом
размеченном
на строгие квадраты
шахматно как городок военный
эпохи римской
и дамба насыпная узкая
на африканский континент
ведущая
куда не раз ходить я буду
чтобы миражно удивляться
без конца тому
что вдруг
приснилось мне однажды
в москве еще совсем недавно

Вернуться на главную